В этом году исполняется 150 лет со дня рождения Петра Петровича Кончаловского. В честь юбилея мастера 15 июля 2026 года Музей МХАТ открыл выставку «Фиеста Петра Кончаловского».
Творчество Петра Петровича Кончаловского (1876 – 1956) всегда было пронизано театральностью: его работы отличают эмоциональность, яркий темперамент и стремление к диалогу со зрителем. Эти качества закономерно привели художника в театр. Начав с любительских постановок в 1904 году, уже через год он получил серьёзные заказы в Частной опере С.И. Зимина. Его смелая живописная манера, поначалу казавшаяся новаторской, быстро завоевала признание, что открыло ему путь к сотрудничеству с крупнейшими сценами страны — МХАТом и Большим театром.
Название выставки — «Фиеста» — отсылает к глубокой любви художника к Испании. Вдохновленный поездкой по этой стране в 1910 году вместе с тестем Василием Суриковым, Кончаловский создал целую серию «испанских» полотен. Эта страсть к испанской культуре нашла отражение и в его сценографии. Экспозиция включает эскизы к операм «Перикола» и «Кармен», а также к спектаклям «Хозяйка гостиницы» и «Четыре самодура». Дополняют выставку личные вещи художника из коллекции Музея М.А. Булгакова.
На открытии выставки с приветственными словами выступили: Марфа Бубнова, заслуженный работник культуры РФ, заместитель директора Музея МХАТ, крупный специалист по истории театра и наследию К. С. Станиславского, Екатерина Гаврилова, куратор выставки Музея МХАТ и Вера Никольская, художник выставки Музея МХАТ.
Марфа Бубнова, куратор выставки Музея МХАТ:
— Мы сегодня открываем выставку «Фиеста Петра Кончаловского». Вы сразу мне начнёте задавать вопросы, почему «Фиеста». Ну опять-таки, тут не обошлось без Павла Дмитриевича (Павел Ващилин, директор Музея МХАТ – прим. автора), потому что в какой-то момент, когда задумали мы эту выставку очень давно ещё в начале 2025 года. И мы в тот момент, когда задумывали её, мы не думали о том, что будет 150 лет, мы этого не знали, а просто произошло такое чудо.
Хранитель музея в тот момент, Екатерина Гаврилова, обратилась ко мне: «Марфа Николаевна, у нас такой Кончаловский, давайте что-нибудь придумаем». Я сразу ухватилась за эту идею, но когда мы посмотрели работы, то мы поняли, что многие из них требуют реставрации. И у нас были долгие поиски, кто же нам поможет отреставрировать все эти предметы? И всё у нас как-то обваливалось и не получалось. И в конце концов, музей МХАТ, за что мы очень благодарны администрации, всё-таки откликнулся и выделил нам деньги на реставрацию. Как только мы задумались о реставрации, то сразу пригласили специалистов из Центра Грабаря, которые всё время нам говорили: «Ну давайте что-нибудь придумаем, давайте». Они подсказывали нам, где спонсоров найти, ещё что-то. «Ну, давайте мы сделаем это всё по минимальной цене». Им очень хотелось заняться этими эскизами. Поэтому сегодня у нас такой двойной праздник. Во-первых, мы впервые можем выставить предметы после реставрации. Подчёркиваю, мы впервые практически все работы выставляем, которые мы с вами точно никогда не видели (последний раз их выставляли 50 лет назад). И ещё самое главное, что у нас произошло Содружество. Не удивляйтесь. Содружество с музеем этой выставки. Дружим-то мы уже очень давно. И очень часто мы выдаём предметы в музей Булгакова. А тут вот произошло такое чудо, в результате которого музей Булгакова предоставил нам личные вещи из мастерской Петра Петровича Кончаловского.
А самое удивительное, что как вот это всё соединить музей Булгакова и музей Художественного театра — это же очень сложная история. И опять-таки, вот тут присутствует как раз главный хранитель музея Булгакова Ирина Чупина, потому что, когда мы уже завершали, а чаще всего в завершении раскладываются предметы, которые раскладываются в витрины и документы там.
Ну, меня, как всегда, поразил музей МХАТ, потому что, если обратиться к Интернету, то он вам ответит, что Станиславский с Кончаловским никогда не общались и никогда не видались, и уж друг о друге никогда ничего не писали.
Да, есть у нас письма Петра Петровича к Владимиру Ивановичу Немировичу-Данченко, которому они ставили вместе «Периколу». И есть письма Петра Петровича со своими друзьями. А друзья какие-то совершенно необычайные, там и Андронников, и Маршак, и кто только вместе они сочиняли разные письма. Когда Борис Николаевич Ливанов находился в больнице, и они ему писали такие шуточные письма. И вдруг среди всех этих документов, которые я до этого видела, лежит конверт. И я вот так это всё перекладываю-перекладываю и понимаю, что ни к одному письму из представленных нам нашими фондовиками. Ни к одному письму этот конверт не подходит. И я начинаю внимательно его изучать. И карандашом написано — Большая Садовая, дом 10. Петру Петровичу писали из Художественного театра. И, видимо, письмо отправили в другом конверте, наверное, с фирменным знаком Художественного театра. А этот конверт остался. И таким образом всё у нас соединилось. У нас есть ещё один. Где он?
Кстати, я его не вижу. Один соавтор этой выставки. Это вот Музей Большого Театра. К сожалению, фонды подлинники нам не смогли предоставить, но нам предоставили копии эскизов декораций, копии «Кармен», которую ставил Пётр Петрович в Большом театре.
Ну и, конечно же, «Кармен» затмила всё. Ну вот так бывает. И ещё назвали Фиеста, и это всё случилось. В общем, это такая небольшая преамбула, которую я вам хотела бы рассказать перед тем, что вы увидите. Но я вам очень рекомендую. Я понимаю, что когда вы войдёте в зал и увидите эскизы, копии даже эскизов, то вы обратите внимание на предметы, представленные музеем МХАТ. Что касается нашей выставки, каким образом это создавалось? Впервые, и я этому очень счастлива.
У нас два куратора. Это Екатерина Гаврилова, которую сейчас приглашу. Автор идей и куратор этой выставки, а ещё у нас есть совершенно необыкновенный, наш, нами всеми любимый художник Вера Никольская.
Пётр Петрович нас всех до такой степени по-разному захватил, что пока вы в зале и вы можете чуть-чуть услышать о том, что же. Захватило моих… Как же вас назвать-то? Соратников? Не знаю как. Ну, в общем, моих любимых девочек. А вот, что меня захватило? Ну, наверное, я вам уже рассказала. Катя нам расскажет про Петра Петровича. Она у нас крупный уже специалист стала по этому поводу благодаря фонду. И это очень здорово. И Вера тоже расскажет, почему же так это всё решено. А это тоже всё неслучайно.
Екатерина Гаврилова, куратор выставки Музея МХАТ:
— Спасибо большое. Мы присоединяемся ко всему, что сказала Марфа Николаевна. И прежде всего должны сказать, что, в таком, казалось бы, небольшом и в какой-то степени не пользующемся большой известностью в музее МХАТ хранится огромное количества великолепной живописи, эскизов, которые музей старается показывать на выставках, то, что хранится в запасниках.
И вот к числу таких вот «жемчужин», несомненно, относятся эскизы Кончаловского, которые действительно малоизвестны при том, что живопись Кончаловского, она как раз-таки очень известна, но эскизы, которые вы увидите, пожалуйста, обратите на них внимание. Это просто эксклюзив и бриллиант по многим причинам. Прежде всего, наверное, нужно сказать, что сам Кончаловский просил о себе, что он не только художник, но он и поэт.
Он просил называть себя художник-поэт. Но я бы добавила, что он ещё и актёр, и режиссёр во многом. Потому что, если внимательно посмотреть выстраиваемую им композицию в живописных работах, видны эти театральные чувства, которые он проявлял. Поэтому, точно не будет ошибкой сказать, что эскизы, которые, он выполнил для МХАТ и для музыкальной студии, они сыграны им. И для умного актёра они были подсказкой во многом, как вести себя на сцене. Когда он готовил «Хозяйку гостиницы», он писал, цитирую буквально точно: «Мне давно уже хочется вернуть на сцену настоящую живопись».
И это горячее чувство, оно настолько ощущается в этих сохранившихся эскизах. В них столько свободы, потому что он же был раскопанный человек, в самом хорошем, да, смысле, богатым таким, не ущемлённым, не закомплексованным, и это очень чувствуется в его кисти. В этих стремительных росчерках, которыми он написал эскизы женские лёгкие, воздушные, как цветы, и, наоборот, утяжелённые мужские костюмы. Пожалуй, самое главное, чем пленяют эти вот эскизы Кончаловского из собрания музея МХАТ — вот это ощущение лёгкости бытия, свободы, счастья от того, что просто живёшь. Поэтому большое счастье, что они сохранились, и большое счастье, что музей нашёл способ их отреставрировать. Искренне вам это говорю. Ну, пожалуйста, наслаждайтесь живописью Петра Кончаловского.
Вера Никольская, художник выставки Музея МХАТ:
— А у меня только маленькое добавление. Ну, во-первых, как бы говорят, художник должен молчать. И на самом деле цитаты Петра Петровича Кончаловского днём с огнём не сыщешь. Их очень мало, и что, собственно говоря, правильно. Поэтому я вам не буду много чего говорить, точнее, постараюсь ничего не говорить, но есть маленькое «но». Есть как бы две южные страны: Италия и Испания, куда Пётр Петрович отправился специально путешествовать, набираться впечатлений. Ну, вот, собственно говоря, всё про экспозицию. Спасибо большое!
Марфа Бубнова, куратор выставки Музея МХАТ:
— Небольшое добавление. Мы с вами находимся в этом прекрасном зале, где Станиславский как раз над оперой, как любят говорить режиссёры, упражнялся. Но с чего начинал Станиславский? Мы с вами очень хорошо помним — с домашнего театра, который назывался Алексеевский кружок.
А с чего началось знакомство Петра Петровича Кончаловского с театром? С домашнего театра. Потому что его родители и вся семья очень увлекалась театром. И театр был настолько важен для них, для всех, что даже старшая сестра Петра Петровича решила стать актрисой. К сожалению, актрисой ей не удалось стать, потому что она отправилась учиться в Петербург и вместо обучения получила чахотку. Но после этого семья перебралась в Москву, где Пётр Петрович-старший, отец нашего младшего Петра Петровича познакомился, за счёт того, что он занялся книгоиздательством, он познакомился со многими художниками, и в том числе с Михаилом Врубелем. И Михаил Врубель оформлял, он очень любил участвовать в домашних постановках, и тут, в домашней постановке Кончаловского, он тоже изготовлял для них какие-то маленькие эскизы. А потом, чуть позже, когда дети Кончаловских, три сына, отправились в гимназию, Пётр Петрович был средним, отправились в гимназию, то в качестве благотворительства Михаил Врубель решил оформить спектакль в гимназии. И роль Фигаро исполнял Пётр Петрович Кончаловский, поэтому вот все сошлось, и хоть интернет мне 10 раз будет рассказывать, что они не были знакомы, а, наверное, может быть, и не были знакомы, но они чувствовали друг друга, и поэтому сегодня такая выставка открывается в музее.
Текст: Наталья Бухарева.
Фото: Олег Бухарев.
