В преддверии гастролей в Москве Архангельского театра драмы имени М. В. Ломоносова, 17 августа во Всероссийском музее декоративного искусства состоялась пресс-встреча с представителями коллектива Театра, празднующего в этом году 180 лет со дня своего основания.
С 17 по 22 августа на сцене Государственного академического театра имени Евгения Вахтангова пройдут гастроли Архангельского театра драмы имени М. В. Ломоносова: 17 августа открывает гастрольную программу в Москве спектакль «Доктор Живаго» — мерцающая поэтическая вселенная Бориса Пастернака, 18 августа москвичи впервые увидят постановку по роману Григория Служителя «Дни Савелия»- один из самых популярных спектаклей Театра об истории скитаний кота-философа Савелия, 19 и 20 августа зрители познакомятсяс эффектной и необычной сценической версией знаменитого романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита», а 21 и 22 августа магический реализм Габриеля Гарсиа Маркеса, сплетённый с магическим реализмом Севера, будет воплощён на сцене в спектакле «СТОЛЕТВМАКОНДО».
О гастрольных спектаклях с северным характером и о самом Архангельском театре драмы имени М. В. Ломоносова, его планах и творческих устремлениях мы и узнали на пресс-встрече во Всероссийском музее декоративного искусства, которая прошла в уютной и тёплой атмосфере. Журналистов ждал прекрасный фуршет, а после общения с представителями театра была организована уникальная экскурсия по экспозиции музея.
Модератором и организатором пресс-встречи выступила Ольга Андрейкина, театровед, руководитель театрального PR-агентства «Три сестры».
— В этом году мы придумали для вас в качестве места пресс-встречи Всероссийский Музей декоративного искусства, потому что здесь хранятся артефакты. Причём нами неожиданно было сделано настоящее открытие: мы пришли и увидели, что половина экспозиции музея — это артефакты из Архангельской области. И это потрясающе. Конечно, мы решили, что это знак, потому что эти гастроли у нас о северном характере, а люди, которые идут до конца, не сдаются, сопротивляются обстоятельствам, преодолевают их и побеждают, судя по спектаклям, которые вы нам привезли. И, конечно, очень интересно, как сформировался этот характер на свободном Севере. На Севере же не было рабства, как мы знаем с вами. Туда приезжали люди, которые бежали от каких-то обстоятельств и находили там возможность быть собой, реализовываться самостоятельно. И вот эта самостоятельность в сочетании со свободой и сформировалась, видимо, не только в северный характер, но и в характер Архангельского театра драмы.
Это практически единственный театр, который возник по инициативе снизу. То есть интеллигенция архангельская решила, что ей нужен театр, скинулась, денег не хватило, но сам факт. Оставшиеся средства собрали из казны города. Я надеюсь, что интеллигенции ничего за это не было, но казна поплатилась. Но, тем не менее, так или иначе, театр возник, и там побывали и Николай I, и Александр I, и Александр II.
Поэтому это очень интересный театр, который живёт очень любопытной жизнью, просто в унисон со страной. Давайте я пока представлю тех, кто у нас сегодня участвует в наших пресс-интервью. Ну, директор театра Сергей Александрович Самодов, главный режиссёр театра Андрей Николаевич Тимошенко. Артисты, которые заняты в спектаклях: Александр Зимин, Нина Няникова, Дмитрий Беляков и Иван Братушев.
Собственно, начать хотелось бы именно с вопроса, который, я думаю, многих волнует. Не страшно ли вам было приехать в Москву второй раз спустя всего два года? И привести только один новый спектакль. Как вы на такое решились?
Сергей Самодов, директор Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Добрый день, дорогие друзья. Я, во-первых, я хочу поблагодарить театр Вахтангова и лично Кирилла Игоревича Крока за возможность снова появиться в Москве на одной из главных театральных сцен нашей страны, во-вторых, поблагодарить театральное PR-агентство «Три сестры» за такую очень масштабную поддержку. И, соответственно, даже для них у меня большой подарок. Мы привезли такую настоящую прялку XIX века с узорами. Вот будет «Три сестры» и прялка. То есть — пряли, сидя вечерком. А ещё я хотел бы поблагодарить проект «Театральная карта России», потому что мы снимаем масштабный фильм про наш театр, и они тоже принимают участие во всех наших гастрольных деятельностях.
Татьяна Рябкина, директор Всероссийского музея декоративного искусства:
— Дорогие друзья, архангелогородцы, могу сказать, что я ваша землячка. Я родом с города Котласа. Поэтому для меня русский Север — это особое место, особая сила духа, где есть особые таланты и особая энергия. Сегодня невероятные чудеса культуры высокого уровня показывают регионы. И мне кажется, одним из них в театральной жизни России является Архангельский театр драмы. Мы о нём наслышаны, мы знаем, как блестяще проходят сегодня его гастроли на сцене Вахтанговского театра. Я поздравляю с этим коллег. И мне приятно, что вы, будучи в Москве, в таком мультикультурном, мультирегиональном центре, находите место своей силы, чтобы прикоснуться к своим истокам. А сила, ребята, — это фантасмагория соединения сегодняшнего дня с глубинными истоками, которые вы всегда сохраняете. Эта физика ничем не объяснима, когда народ обращается к своим истокам.
Мы понимаем значение ваших культурных реликвий и вашего культурного наследия. Для на большая честь, что вы сегодня здесь находитесь, единственный не московский театр. Поздравляю вас с успешными гастролями и желаю всем нам сотрудничества и укрепления наших взаимоотношений.
Сергей Самодов, директор Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Мы с вами периодически видимся и в Высшей школе управления в сфере культуры. Поэтому, коллеги, большое вам спасибо действительно за приём, потому что в прошлом году мы тоже посотрудничали с Русским географическим обществом, сделали совместную экспозицию фотографий, где были представлены красоты русского Севера и в том числе и фотографии из архива нашего Театра. В этот раз действительно, так как и нашим губернаторам Александром Витальевичем Цыбульским объявлен год культуры русского Севера на региональном уровне, и мы проводим наши гастроли в рамках года культуры русского Севера и также в рамках 180-летия нашего театра, которое мы будем отмечать 8 декабря.
И, естественно, стало логичным продолжениям то, что мы соединяем вот эти исторические глубинные смыслы, тот самый культурный код русского Севера и представляем не только современные спектакли, которые мы сделали, но ещё и понимаем, что есть корни, из которых мы выросли, которые мы помним и которые продолжают в нас жить. И я хотел бы вам вручить небольшой подарок. Как и для всех коллег, кто здесь присутствует, у нас есть такой журнал, который мы раз в квартал выпускаем – «Петровский парк, 1», это наш адрес. И вот здесь номер журнала, посвященный как раз 80-летию Великой Победы и, собственно, такой исторический экскурс в то, как работал театр с 1941 года по 1945 год. Он не останавливал свою деятельность, и сезоны продолжали идти. И там дайджест основных событий предыдущего сезона и новости к новому сезону. То есть мы выпустили вот такой номер, чтобы напомнить об основных событиях нашего театра, которые были в предыдущем сезоне. Чтобы москвичи таким образом к ним прикоснулись.
Ещё раз большое спасибо за приём, за душевность и тепло, которые вы нам дарите. И в том числе не только преодолением экстремальных температур, экстремальных природных явлений характеризуется русский Север, но ещё и теплотой. Потому что, когда на там холодно, ты не можешь быть индифферентным и не обращать внимания на человека рядом, иначе он может умереть. Это, наверное, одна из характеристик людей, которые живут на русском Севере.
Татьяна Рябкина, директор Всероссийского музея декоративного искусства:
— А я бы в контексте театрального искусства и искусства вообще для себя не сегодня, а чуть раньше сделала такой вывод. Я помню Север. Там никогда не закрывали двери.
Почему? Потому что было это ощущение доверия. Подозрительность, тревожность, замкнутость свойственны большим городам, средней полосе. А вот это доверие, открытость душевная — это, мне кажется, очень важное качество, с которым человек выходит на сцену. Потому что вот тот доверительный контакт, который образуется между зрителем и артистами, это очень важный момент. У нас есть особое чувство.
Сергей Самодов, директор Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Действительно, в деревнях у нас до сих пор приставляют либо метлу, либо палочку. И самое главное, это не просто доверие, что никто не войдёт, а доверие в том, что ты можешь зайти, если тебе нужно перекусить, попить воды, ты устал немножко, ты можешь зайти, но ты там не совершишь какого-то хулиганства, ты ничего не украдёшь, ты просто, да, попьёшь немножко, может быть, даже отдохнёшь, пока хозяев нет. И если хозяева не вернулись, то и уйдёшь спокойно.
Но всё оставишь в порядке. И вот, собственно, опять-таки, возвращаясь к взаимовыручке, взаимопомощи, что даже твоё жилище, оно может быть полезно кому-то ещё, и ты доверяешь этому человеку это жилище на время, чтобы он себя, может быть, спас от какого-то обезвоживания, например, или смог восстановить силы для дальнейшего пути. Вот такая очень интересная тенденция.
Не знаю, насколько она распространена в других деревнях, в центре России, на юге, но вот у нас на севере, действительно, до сих пор это так. Нам задавали вопрос по поводу программы. В этот раз, действительно, у нас всего один новый спектакль, это «Дни Савелия». Не привезти его мы не могли, это лонг-лист «Золотой маски». Ну и опять-таки это очень московская история, путешествие по московским улицам вместе с котом Савелием. Поэтому мне кажется, что многие московские зрители будут узнавать, в том числе, наверное, любимые маршруты, любимые районы, по которым они каждый день ходят.
А может быть, они вдруг для себя их откроют, потому что часто из дома на работу ты просто пробегаешь, ничего не замечая, а тут ты попробуешь, может быть, обратить внимание на те же самые достопримечательности, те же самые дома и маршруты, которыми ты ходишь, и открыть для себя в них что-то новое. Поэтому, ходить путём кота Савелия, по крайней мере, я даже пробовал в своё время тоже, действительно, когда был в Москве, прогулялся этим маршрутом. Так как вот у нас есть спектакль «Спасти камер-юнкера Пушкина» по пьесе Михаила Хейфеца, то это абсолютно питерская история, Петроградка.
И вот здесь тоже интересный момент, что в этот раз сезон мы закончили в июне, привезли пять спектаклей, впервые тоже такие большие гастроли организовали в Санкт-Петербурге на базе сцены «Балтийского дома». И тоже было интересно тогда погулять по месту действия, соответственно, в Петроградке, по месту действия пьесы Михаила Хейфеца. Вот тут тоже у нас место действия «Сад Баумана», и так далее.
Сегодня мы открываемся «Доктором Живаго», и памятуя о том, что, когда два года назад мы привезли этот спектакль, и было очень много людей, кто говорил: «Почему вы дважды его не показали, потому что не все люди, кто хотел, успели на него попасть?!». И тогда мы поняли, что «Доктора Живаго» нужно снова привезти. Тем более, это очень важный программный спектакль нашего театра.
Ну, а «Мастер и Маргарита» в прошлом году прошёл с аншлагами, и в этом году мы решили повторить и привезти его снова. Вся наша труппа задействована в этом спектакле, достаточно яркий, мощный, тоже лонг-лист в «Золотой маске». Ну, и спектакль «СТОЛЕТВМАКОНДО» с достаточно ограниченным количеством зрителей, поэтому привозя его, мы тоже понимали, что аншлаг будет гарантирован.
Андрей Тимошенко, главный режиссёр Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Добрый день. Прошу прощения, что я в очках, это не уважение к вам, это просто у меня была операция, а тут ещё проектор, поэтому я скрыл глаза.
Мне сложно что-то дополнять, Сергей Александрович очень ёмко все сказал, я просто немножко хочу дать ответ на вопрос по поводу того, с какими чувствами мы сейчас во вторые гастроли приезжаем, потому что первый раз это, конечно, была чистой воды авантюра, потому что это был август, центр Москвы, нас никто не знает. Сергей Александрович говорит: «Едем на гастроли!». Мы радостно, конечно: «Москва, родной город, почему же нет?!». Я подумал, ладно, родственники, знакомые, сейчас наберём, ну как-то будем играть честно, вдруг человек будет в зале, слава тебе Господи. А потом так случилось, что действительно зрители нас тепло принимали и дальше, поскольку я входил в жюри фестиваля «Золотая маска», очень много из них по стране, и здесь смотрели спектакли. Я встречал людей, которые мне говорили: «Ой, вы же из Архдрамы», ой, как классно вот это», и тут же про Живаго, про Маконду, про другие спектакли, и я понимал, что нас уже знают, уже чувствуют.
И сейчас мы уже приезжаем, конечно, с таким чувством, как к себе домой, потому что театр Вахтангова, во многом нам родной театр, и после того, как я уже там «Фауста» выпустил, ещё роднее он стал, и я понимаю, что сейчас мы встретим хороших знакомых, друзей, наших зрителей, которые ещё раз придут на этот спектакль, люди, которые не ходили, но услышали уже, сарафанное радио уже сработало, придут на эти спектакли, поэтому у нас и продажи хорошие, и у нас действительно очень хотят увидеть, мы ожидаем приятных встреч с нашим уже зрителем.
Сергей Самодов, директор Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Я ещё, наверное, дополню, что у нас, исходя из таких больших гастролей: в июне в Санкт-Петербурге, и сейчас в августе в Москве, даже родилась такая история, что вроде региональный театр закрывает сезон в Санкт-Петербурге, открывает в Москве. Хорошая может сложится тенденция, можно это делать регулярно.
— Я знаю, что после первой гастроли была целая волна поездок из Москвы. Действительно так? Люди клялись после гастролей, что они поедут туда и весь репертуар посмотрят. Было такое?
— Это действительно было так и продолжает быть так. На самом деле, это одна из задач любых гастролей, которые мы перед собой ставим, что в Москву, что в Санкт-Петербург, что участие в каком-либо фестивале в регионе — это, конечно, возможность немножко заразить Севером и как бы так смотивировать людей посетить Архангельск в рамках культурного туризма, в том числе посмотреть наши спектакли. К нам уже обращаются туристические агентства из Москвы и сразу там оптом заказывают, скажем так, и экскурсию, и гастроспектакли, спектакль на пароходе «Гоголь», который у нас в прошлом году был, и спектакль «Променад», и какие-то спектакли на основной сцене, например. Поэтому, действительно, это так.
К сожалению, можем констатировать, что в Архангельске количество жителей, населения ежегодно снижается. И, понимая, кем мы можем прирастать в качестве зрителя, чисто экономически, то это, конечно, туризм. То есть нужно развивать туризм, культурный туризм. А каким образом заявить о себе? Только гастролями, и только вот так, общаясь, и в том числе благодаря вам, потому что вы об этом пишете, рассказываете очень честно. И это позволяет в том числе создать большой поток туристов, которые как раз в том числе и приходят на наши спектакли.
— У меня вопрос к актёрам по поводу 180-летия театра. Правда ли, что главным достоинством труппы вашего театра была и остаётся дисциплина? Что у вас ни разу не было ни одного опоздания на репетицию и ни одного опоздания на спектакль.
Дмитрий Беляков, актёр Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Мне кажется, сейчас ничего не изменилось. Также существует дисциплина определенная. Ну, всё что угодно до сих пор может быть, кроме опозданий.
— А какие ещё традиции есть в театре незыблемые, которые много-много лет передаются от старших актёров к молодым? Я так понимаю, только к Андрею Николаевичу идёт курс, специально вливается новая труппа. Чему вы учите молодёжь приехавшую?
— Ну, во-первых, мы, наверное, этому не учим. Мы стараемся как-то внутренне передать, в разговорах каких-то, эмоционально, энергетически. Чтобы они не бросали наш театр и не уезжали после первого сезона, после второго сезона. К сожалению, такие мысли у некоторых возникают, потому что все хотят сниматься в кино, все хотят играть какие-то большие роли, у очень именитых режиссёров. Все хотят одного. Но они никак не могут понять, видимо, в силу возраста, когда они молодыми приезжают к нам, что у нас действительно золотая жила, грубо говоря. И именно здесь ты можешь раскрыться так, как не раскроешься, ни в Санкт-Петербурге, ни в Москве, ни в одном большом столичном театре, куда все так стремятся. Дело в том, мы пытаемся донести, что когда вы заканчиваете театральный институт, и когда меняете один город, один театр на другой, главное, чего вы хотите? Вы хотите играть в спектаклях, играть большие, хорошие роли. Так зачем за этими большими, хорошими ролями ехать в большие, хорошие, как на их взгляд, театры? Где им этого не дадут, где огромная конкуренция должна быть. А вы сейчас неспособны конкурировать. Поэтому лучше остаться у нас, набраться опыта, играть пусть поначалу не очень ровно, но потом всё лучше, лучше и лучше.
Ведь огромное количество талантливых артистов не рождаются как самородки. Огромное количество проходит большой путь, где они становятся такими артистами, когда они получают определенную школу, когда практики у них много. Получают большие роли. Есть артисты, которые способны играть большие роли, а есть те, которые не способны. Это тоже нужно учитывать, что ты очень хороший в эпизодических ролях или в ролях второго плана очень хороший или наоборот. А где эту практику получить, если в больших столичных театрах у тебя есть возможность играть в массовых сценах, если вообще тебя будут занимать. Поэтому мы пытаемся это им донести, что у нас очень хороший театр. И мы этим очень дорожим. Полюбите нас. У нас многие артисты, которые только приходят в первый сезон, им всегда дают какую-то роль, чтобы они могли себя раскрыть, могли себя показать больше, чем, нежели отрывки из института или на видео какая-то, видеовизитка. Поэтому возможности даются всем.
— Андрей Николаевич, у вас очень большой театр, он раньше так и назывался. У вас зал на 1250 мест, которые заполняются каждый божий день. Для Москвы это фантастика, а для Архангельска – тем более. Вы сейчас находитесь буквально между Москвой и Архангельском? Вы же прямо совершили прыжок в пропасть, раз из Москвы уехали. Это просто невероятно.
Андрей Тимошенко, главный режиссёр Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Знаете, это был такой выбор осознанный. Потому что, да, я москвич, получил образование хорошее. Но это было очень тяжёлое время, 90-е годы. У меня был очень хороший талантливый курс в театральном институте имени Щукина. Но по профессии сейчас работают два человека. Я и ещё Екатерина Жаркова, которая в Перми артистка и профессор в институте. Остальные как-то так вот… И, конечно, нужно было выживать, зарабатывать. Я делал много корпоративов. Концерты, массовые мероприятия. Здесь даже есть коллеги, которые знают об этом. Но в какой-то момент, когда мне предложили уехать и заниматься тем, ради чего я, собственно, и пришёл в эту профессию. А внутренний стержень у меня всегда был. Я понимал, чего хочу. Меня в этом очень поддержал мой друг, покойный, к сожалению, режиссёр Александр Горбань. Который сказал: «Поезжай, попробуй. Не понравится, вернёшься! И вот я уже 14 лет пробую. Уезжать не собираюсь, потому что у меня есть ответственность за тех, кого я приручил, кого я заманил на Север, артистов. И не только артистов, с которыми я работаю, которых я люблю. Мы работаем в такой вот команде.
Я хочу дополнить еще то, что сказал Дмитрий Беляков. Потому что, действительно, это не слова. Потому что у нас есть возможность. У нас есть много самостоятельных работ. Артисты могут делать всё, что хотят. Есть момент отбора за мной, я отвечаю за то, что показывают на сцене. Поскольку я доцент в кафедре режиссуры. У меня сейчас на третий курс перешли ребята-режиссёры. Они тоже приезжают. У нас и артистами работают, и что-то ставят. Какая-то всё время движуха есть. И вот артисты, те, которые хотят, которые могут… А я убеждён, что хотеть значит мочь. Если не могут, значит не очень хотят. Я так думаю. Они все работают. Очень много работают и присутствующие артисты, и те, которые сегодня будут играть в спектакле. Потому что артист должен работать. Профессия в институте даёт базу. В институте человек понимает основу профессии. А профессия приобретается в театре. Нужно играть, много-много играть.
Вот сидят здесь артисты, но мне очень сложно отслеживать их возраст. Они для меня все дети. Кто моложе меня — дети. Я иногда захожу в гримёрный цех, вижу фотографии. сколько-то лет назад, смотрю то, какие они были. Господи! Они уже прошли такой путь вместе со мной. Столько ролей сыграли. Так выросли внутренне. И внешне, конечно, тоже изменились. Как с ними расстаться?! Знаете, когда был успех в театре Вахтангова – «Фауста», все решили, что он уже не приедет. И аргумент был очень смешной. Одна женщина из театра говорила всем: «Но он же в смокинге вышел на поклон».
А какая связь? Ну, как это бросить….
— У меня вопрос к артистам. Два года прошло с тех пор, как отгремели эти гастроли. С каким чувством вы сейчас приехали? Все-таки контакт с залом такая вещь незащищенная, в отличие от режиссёра, который, конечно, ничего сделать не может, но хотя бы на сцену не выходит. А вы-то выходите. Какие у вас ожидания? Может быть, что-то из прошлых гастролей вы учили? Может быть, подметили для себя какие-то нюансики? Вы к московской публике как-то специально готовились?
Иван Братушев, актёр Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Я, наверное, сейчас медленно буду говорить, но мы, честно говоря, к этому не готовились. Мы очень так бережно входим в сезон, как в кипяток, чтобы не обжечься. Наверное, для меня, как артиста довольно опытного уже, нет разницы в публике. Я к любой публике стараюсь выходить всегда с полным набором своих выразительных средств. Я не скуплюсь ни на столичную публику, ни на публику провинциальную. Для меня не разнится публике. Я не знаю, плохо это или хорошо.
Дмитрий Беляков, актёр Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Конечно, у нас существует тот же трепет, тот же страх в какой-то степени, лёгкое волнение. Но то, что нас опять хотят увидеть, что покупают билеты те же спектакли, это прекрасно. Значит, есть какая-то востребованность. Значит, люди хотят на нас посмотреть, увидеть наши спектакли. Поэтому что же мы будем стесняться-то?! Хотят, значит надо им показать. Наверное, существует где-то там вдалеке головы, что нужно показать себя с лучшей стороны, что вот прям «выпрыгнуть из штанов». Но лучше, чем мы можем, мы не сыграем. У нас есть такой спектакль, он хороший, он проверен, был в прошлый наш приезд. Поэтому мы так же попытаемся честно, насколько у нас есть сил, возможностей, энергии, его показать. И, мне кажется, что будет и третий заезд. Мы тоже на это надеемся. И да, у нас есть ещё, что посмотреть.
— Нина. Вся Москва гудела по поводу вашего кота в «Мастере и Маргарите». Вы тогда прямо «взорвали» Москву. Расскажите, пожалуйста, вы какие-то новые роли с тех пор ещё сыграли? Мы за вами следим, вы ведущая актриса Архангельского театра драмы.
Нина Няникова, актриса Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Наверняка сыграла. Я что-то очень сильно уже запуталась во всех этих годах, которые длятся. И каждый год мы что-то делаем и летом, и зимой, и осенью, и весной. Все это сливается просто в годы всякой работы. Вот вчера я была в отпуске. Вот что я помню. Вчера я была в отпуске. Я сидела и понимала, что завтра в Москве надо будет играть спектакль. Даже не баловаться на репетиции. Никакие вот эти… Ваня вот говорит, что мы нежно входим в кипяток. Потому что это прям спектакль. И он сложный, и он большой. И будет очень грустно. Много часов. А когда грустно, это чувствуется. Поэтому я всё еще осмысляю то, что прямо сейчас начнётся работа. А вчера был отпуск. Это не хорошо и не плохо, а просто вот так.
Александр Зимин, актёр Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Меня уже две недели вот так всего внутри трясёт. Я уже нервничаю. У Димы сегодня сложный день, а у меня завтра. И я каждый день просыпаюсь с этой мыслью. Я уже морально себя к этому готовлю. Сергей Александрович рассказывал, что он ходил путями кота Савелия, а я вам больше скажу, я ходил и путями кота Савелия, и путями Ивана Бездомного, потому что я два раза приезжал в Москву, чтобы специально пройти эти пути. И вот второй раз мне приходится здесь ещё раз пройти эти пути заново. Невыносимо страшно. Второй раз. Завтра максимальная ответственность и беспокойно, нервно, волнительно. У меня всё потеет, я очень волнуюсь…
— Мы вас полюбили уже все.
— Приходите завтра, может быть, и завтра полюбите, а может быть, и нет.
— Расскажите, что, по-вашему, охарактеризуют для вас русский Север и что заставит москвичей бросить всё и заняться тем, о чём вы как раз говорили, тем самым театральным туризмом в северных областях?
Андрей Тимошенко, главный режиссёр Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Мы говорим о том, что зрители, которые хотят прийти или приехать на наши спектакли, должны это сделать, потому что у нас очень горячее сердце. Мы немножко на Севере сдержанные эмоционально, и говорим даже так, сдержанно, рот не открываем, чтобы туда ветер холодный не задул. Ну, а на сцене артикулируем. Но сердца у всех очень горячие. Мы очень честны, открыты при какой-то такой суровой внешней форме. Спектакли у нас такие. Поэтому если вы хотите честного, живого, театра, настоящего, подлинного, приезжайте в Архангельск, либо приходите на наши спектакли сюда. На «СТОЛЕТВМАКОНДО» уже сложно попасть сюда, но на спектакли очень много приезжают как раз в Архангельск, чтобы их увидеть. У нас это сделать проще, хотя тоже сложно.
— Действительно очень хочется видеть ваш театр в Москве в третий раз. У вас много очень интересных спектаклей в репертуаре. Какие спектакли бы вы сами выбрали для третьих гастролей, чтобы не повторяться?
Александр Зимин, актёр Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Ну, если они будут через два года гастролировать, мы что-нибудь, может быть, еще что-нибудь поставим новое. Из нового у нас есть «Вишневый сад», чтобы не повторяться.
Сергей Самодов, директор Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Из что того, что не видели в Москве, у нас ещё есть спектакль «Завтра была война». Есть и спектакль «Поэт и смерть». Это более камерная форма и как раз такой, знаете, материал, который накопился, но не вошёл в «Доктора Живаго», а вылился в совершенно отдельный спектакль «Поэт и смерть». «Загадочное ночное убийство собаки» мы сюда привозили, спектакль «Тараканы» мы тоже сюда уже привозили неоднократно, «Василия Тёркина» мы тоже и в прошлый раз привозили, уже тоже он несколько раз был, поэтому я думаю, что много спектаклей у нас.
Андрей Тимошенко, главный режиссёр Архангельского театра драмы имени М.В. Ломоносова:
— Я вот хочу сказать про спектакль «Поэт и смерть». Мне очень хочется его привезти в Москву, потому что действительно, кто видел «Доктора Живаго», и кто посмотрит сегодня, вы понимаете, что там не очень много стихов в спектакле. Дмитрий Беляков играет Юрия Живаго. И для того, чтобы попасть в хронометраж довольно-таки длинного спектакля и рассказать о судьбе этого человека в сложных, предлагаемых обстоятельствах, о его становлении, рождении как поэта, как философа, мы придумали такой ход, что любой поэт, у любого творческого человека в какой-то сложной жизненной ситуации рождаются мысли, а у поэта строки. Там звучат стихи Бориса Пастернака, но мы немножко от этого уходили, потому что нам нужно было рассказать, как это преломляется в душе поэта в какой-то событийный момент. Поскольку история была не доиграна, и, опять же, строки стихотворения «Свеча горела на столе» осознанно не вошли в этот спектакль, потому что немножко оно уже так растиражировано, немножко даже фривольно как-то с ним обходятся, мы его не включили. Но из стихотворений из дневника Юрия Живаго, захотелось сделать отдельный спектакль. Причём это был такой серьёзный эксперимент, потому что впервые в жизни я делал спектакль, я ставил стихи. Это не чтение стихов под музыку. Это сюжетный спектакль, наполненный художественными образами, которые рождаются от того, как поэт произносит эти строки. И там два персонажа – поэт и смерть. Вот они встречаются перед тем, как будет поэт отправлен в рай или в ад.
Мы подумали, что такое поэзия? Это рассказ о жизни, эмоциональный рассказ о жизни. А как ещё рассказать о жизни? И смерть, которая не знает жизни. Как передать вот эти запахи, вкусы, чувства? Так вот поэзия это передаёт. И вот Дмитрий Беляков тоже играет поэта в этом спектакле с Марией Беднарчик, которая играет смерть. Вот он разговаривает только стихами. Там сюжет выстроен таким образом, что смерть в конце, в тот момент, когда уже нужно, чтобы он ушёл, она, конечно, прозревает, плачет, но уже поэта нет. Это рассказ о жизни и смерти. Вот такой спектакль. Очень хочу его привести. Нас приглашали в Музей Пастернака, я надеюсь, что мы сейчас возобновим с ним сотрудничество, там просто так получилось, что артистка уходила в декрет…
— Первый вопрос банальный: расскажите о планах на сезон. И второй: какая у вас творческая, режиссёрская мечта?
— До недавнего времени я думал, что режиссёрская мечта – это поставить всё из своего режиссёрского портфеля. Но поскольку мой путь тоже был непростой, я, как начинающий режиссер, всегда ставил спектакли, как заказ театра. Театр говорит, что там нужна комедия, что нужно вот это. Но сейчас, к счастью, у нас в театре я могу ставить, что хочу. А те театры, которые меня приглашают сейчас, говорят, что хотите, когда хотите. Вот это просто кайф, это просто вершина какого-то счастья. А мечта моя заключается в том, что я понимаю, что театр живёт недолго. Он формируется вокруг художественной идеи и пока существует эта идея, существует лидер. Я мечтаю, чтобы Архангельский театр драмы, а мои мечты связаны с нашим театром, всё-таки после того, как я уйду, я не собираюсь это делать, но мало ли, что произойдёт. Так вот я мечтаю, чтобы этот уровень не падал, потому что для меня будет самая большая трагедия, когда я, ещё будучи жив и отойдя, может быть, от дел, буду видеть, что театр скатывается в комедии, в Камолетти, в Куни и так далее, и так далее. Это просто для меня будет трагедия, нечеловеческая просто. Я вижу, как это происходит с другими театрами в Москве. Вообще в театрах, потому что театр сейчас, видите, очень востребован. Зритель в сложные времена, времена всегда сложные, он мечтает о том, чтобы было живое человеческое общение. Он приходит в театр для того, чтобы прожить сложную судьбу героя в сложных предлагаемых обстоятельствах. И он себя персонифицирует с героем, он должен понять, что можно пройти, можно всё прожить и можно остаться человеком. Вот как герой Дмитрия Белякова, Юрия Живаго и другие герои. Вот это важно сейчас. В театре не обмануть зрителя.
А по поводу планов: вот сейчас у нас в театре будет премьера – «Старший сын». Андрей Левицкий выпустит в сентябре. Я сейчас буду делать «Остров сокровищ», который давно хочу сделать, такой семейный спектакль. И весной у нас будет премьера спектакля «Утонувшие в запахе моря». По роману Наринэ Абгарян «Симон», который мне очень понравился и впечатлил меня. Я плакал над этим романом. Несмотря на такую брутальную внешность, я очень сентиментальный. И еще замечательный спектакль будет — «Серпантин в моей голове». Мой ученик его поставит осенью — Андрей Потапов. Автора зовут Анна Маншина. Это тоже интересно. Работы много, и тем более, что вот молодые ребята сейчас приедут что-то делать. В общем, режиссерский портфель у меня достаточно ёмкий.
Поэтому, ну, например, я сейчас могу озвучить это, потому что такая произошла история. Мы с Сергеем Александровичем на гастролях поговорили, я там называл какие-то названия, и вдруг я говорю, что мечтаю поставить «Хазарский словарь» Павича. Он говорит: «Круто! Нигде никто не ставил». Вообще, как это ставить? И тут я приезжаю в один театр, который меня зовёт на постановку, и они так перечисляют список. Говорят – «Хазарский словарь». Я говорю: «Подождите, вы меня подслушиваете?». Я думал, что прямо влезли мне в голову. Вот это тоже мечта сделать. Я не знаю, как это делать, но я мечтаю поставить.
Мы всегда со своей командой замечательной куда-то ныряем, в плавание идём, а там уже выплываем.
— Андрей Николаевич, простите, а вы Эверест покорили всё-таки? Вы же сейчас туда ехали на мотоцикле.
— Я не на самой вершину ехал, но поднялся максимально. Я на мотоцикле катаюсь по горам, Эльбрус. И Эверест, и Эльбрус. Да, я поднялся на мотоцикле там на 3,5 тысячи километров. Куда можно вообще на мотоцикле заехать. Я туда заехал. Эльбрус не открывался. Когда мы поднялись, вот он на 20 минут открылся нам и закрылся. И мы поехали вниз. А дальше в Москву на мотоциклах…
Текст: Наталья Бухарева.
Фото: Олег Бухарев.
