Накануне выхода в широкий прокат фильма «Рождение империи» в кинотеатре «Октябрь» состоялся его пресс-показ и обсуждение, в котором приняли участие: режиссёр-постановщик картины Андрей Кравчук, исполнитель роли Александра Меншикова Милош Бикович, исполнительница роли Марты Скавронской и будущей императрицы Екатерины Ксения Утехина и исполнителя главной роли в фильме, роли императора Петра Первого Александр Горбатов.
— Андрей, любой фильм — это высказывание, и создатели картин очень не любят, когда их просят свести к какому-то одному высказыванию то, что они создали, тем более, что создаёшь ты картину не один, с тобой её вместе создают артисты, с тобой её вместе создаёт огромная команда, и, конечно же, продюсеры, тут и студия «ТриТэ» Никиты Михалкова, и телеканал «Россия», и важный генеральный партнёр-инвестор, компания «Роснефть». И ты, как режиссёр, должен разные грани высказывания, которые каждый несёт с собой в этот проект, собрать в сложную, живую, многогранную картину. Каждый будет для себя в этом фильме что-то новое, что-то своё открывать. Какие грани высказывания вы как режиссёр, какие струны особенно остро чувствовали и пытались взять на них свой режиссёрский аккорд?
Андрей Кравчук, режиссёр-постановщик фильма «Рождение империи»:
— Не хочется всё-таки рассказывать про замысел, потому что это то, что лежит у меня внутри. И здесь не хочется его транслировать, потому что это будет какой-то вектор. Хочется, чтобы каждый зритель воспринимал фильм через свой собственный человеческий опыт. На этом проекте у меня была какая-то очень прекрасная ситуация — не было давление: про что кино. Мы с самого начала хотели сделать фильм про удивительного, яркого человека и про людей, которые его окружали, про яростное, невероятное время и про очень молодого, талантливого и яркого его соперника. Мы хотели поделиться этими эмоциями, потому что в жизни каждой страны, особенно России, есть какие-то события, которые являются определяющими: Крещение Руси, Куликовская битва, когда страна почувствовала себя одним целым, и все поняли, как Гумилёв написал, что на битву шли псковичи, москвичи, рязанцы и так далее, а вышли русские. А Полтавская битва, было ещё Смутное время… Потом ещё можно говорить, позже этого были и Бородинское сражение, затем была история революции, Вторая мировая война. Но мы говорим про очень значимые события, которые поменяли судьбу страны, определили её. И благодаря этим событиям появляются люди, которые о чём-то мечтают, которые хотят чего-то, хотят всем сердцем, и Пётр в этом отношении был человеком, который имел яркую мечту, почти невозможную. И то, что я про него читал, мне казалось, что, если ты хочешь, чтобы он что-то сделал, ему надо сказать: «Нет, это невозможно». Ну, старичок, вообще забудь, никогда это невозможно, никогда никто не сделает. И он брался и делал.
— А вам так говорили, когда вы затевали этот проект? Кто-нибудь дерзнул?
— Всегда такое есть, когда делаешь фильм, и чем выше ты ставишь планку, тем, наверное, грустнее на тебя иногда смотрят люди, которые понимают, насколько трудно сделать эту картину. Но у меня потрясающая команда, с кем я уже давно работаю, мне везёт с артистами, кого удаётся пригласить на проекты, которые верят в этот проект. Поэтому, наверное, это какая-то совокупность вещей, всё это нас воодушевляло, вдохновляло и давало возможность не терять энергии и веры в проект на протяжении почти четырёх лет. Это большой срок.
— Про вдохновение, Ксения, хочу вас спросить. Действительно, мы много знаем о Петре, мы много о нём читаем и в школьных учебниках. Я, например, сейчас перечитываю роман Алексея Николаевича Толстого про Петра. И есть Пётр у Пушкина и так далее, но сторона его как влюблённого мужчины, мужчины, вдохновлённого этой любовью, мужчины, которым эта любовь движет как будто бы не исследована. Какие вы для себя открытия, исследуя эту сторону его жизни, сделали, воплотив на экране столь блестящий образ Марты?
Ксения Утехина, исполнительница роли Марты Скавронской в фильме «Рождение империи»:
— Я благодарю вас. Мы с нашей командой, Андреем Юрьевичем исследовали Марту. И она действительно была вдохновением для Петра. И наверняка не каждая девушка могла бы оказаться столь многогранной личностью, как Пётр. Настолько сложной и настолько же интересной. И мне кажется, это однозначно про любовь, сильные чувства и то, когда ты понимаешь, что без этого человека не может существовать и без него не может существовать страна. И я думаю, что победы Петра во многом зависели от Марты, от будущей Екатерины, от того человека, с которым он был рядом. И она была той мягкой опорой и поддержкой для реализации его больших побед.
— Александр, мы опять же знаем о Петре много, но чего-то не знаем о нём совершенно. И вы тоже, как и мы, когда заходили в эту реку, в это бурное море, о нём чего-то не знали. Какие откровения вас сильнее всего поразили? Что неожиданного вы для себя открыли в этом персонаже?
Александр Горбатов, исполнитель роли Петра Первого в фильме «Рождение империи»:
— Если говорить честно, то опорой в этом качающемся мире мне был режиссёр. Мои партнёры и, конечно, группа, и наши часы, а то и дни, которые мы просидели с Андреем вместе, обсуждая те или иные события. И каждый раз, как Андрей всё время находил какую-то тайную комнату в судьбе или в поступке, или в событиях тех или иных, связанных с моим героем, но всего, честно говоря, не расскажешь…
— Ну хоть что-нибудь? Например, какую тайную комнату в душе Петра открывала подготовка к Полтавской битве? На ваш взгляд и на взгляд Андрея? Какие он находил слова, чтобы вам объяснить мотивацию героя в этот момент, его тайные пружины, которые им движут?
— Это слишком глобальный вопрос, на который, как мне кажется, влияло всё начало, потому что мы подходили к этому вопросу не только с точки зрения исторических событий, которые были, но и с точки зрения человека, которого мы не знали. У каждого свой Пётр, в большой необъятной нашей Родине. Многие события, связанные с Петром, и сама его фигура, обросли мифами, легендами, и не только поэтому во всём этом мы попытались найти какую-то истину, всегда всё-таки тянешь канат на сторону актёрских лабиринтов, в которых пытаешься разобраться. Для меня было очень важно понять этот центр тяжести, его поступки, которые складываются не только в картине, но и до того. Есть некоторое время, которое всем нам известно: смута, взаимоотношения с матерью, взаимоотношения с родственниками, которые на него влияли. И, наверное, это пик. Не хочу показаться голословным, но некоторые моменты я просто не могу объяснить вам. Иногда идёшь по наитию, опираясь на честные глаза режиссёра.
— Хочу вам сказать спасибо за термин «Тайная комната», потому что его редко можно услышать в обсуждениях картин. И одна из тайных комнат, точно, которая на ум приходит — это то, что весь фильм мы видим в прошлом мальчика, на глазах у которого бесчеловечным образом убивали людей, сбрасывая их на пике с крыльца красного в Кремле, в царских палатах. А мальчик, который выжил, это ваш Пётр.
Андрей Кравчук, режиссёр-постановщик фильма «Рождение империи»:
— Ну, это было важно. Когда у нас нашлось время, у нас был репетиционный период, мы очень подробно проговаривали и то, что у Петра было в бэкграунде, это всё оставалось. И, конечно же, говоря про ту же Полтавскую битву — это чудовищная ответственность. Вы видели фильм, видели и переживания за тех людей, которых он приносит в жертву ради победы и понимание всего, то есть то чувство отчаяния всего. И самое главное, что, наверное, в душе что он сам, что его товарищ Меншиков, они оставались такими подростками. Мне кажется, что это какая-то такая очень важная черта, они не успели внутренне постареть. Кто-то из писателей хорошо сказал, что жизнь человека делится на этапы: бывает вступление в жизнь, как в книге, потом какая-то активная, а потом эпилог начинается, когда уже ничего не происходит и просто подводятся итоги. У многих эпилог начинается сначала, да. У Петра он так и не наступил. Вот точно так же, как у многих из его окружения. И вот эта сложная противоречивость, неоднозначность в реакциях — это те вещи, которые Александр сделал прекрасно. Эта его сдержанная ярость, и эмоции, и нежность. Это трудно как-то сыграть, и вообще очень тяжело представить тот груз ответственности, который лежит на человеке, который, как знаете, пытается сдвинуть страну, как эти тектонические плиты, когда материки начинают меняться. И на мой взгляд, у Саши прекрасно получилось передать эту энергию.
— Милош, знаю, что вы сами метили на роль Петра, мечтали играть Петра изначально. Как вам досталась роль Александра Меншикова. Наверное, в какой-то момент тому актёру, которого выбрали на эту роль, вы по-актёрски позавидовали, белой, надеюсь, завистью?
Милош Бикович, исполнитель роли Александра Меншикова в фильме «Рождение империи»:
— Я должен сказать, что, когда мы первый раз попробовали сцену вместе с Александром, я сразу понял, куда Андрей Юрьевич направляется. Достаточно было увидеть, какая энергетика есть у Александра. Когда мне сказали: «Петром будет Александр Горбатов». Я посмотрел фотографию, я знаю этого человека. Говорю: «Подожди, я же больше похож. У него же были глаза другие, и посмотрите на меня и на портрет. И на портрет». Но потом я понял, что сходство, оно было внутреннее.
— То есть, увидев какую энергию Александр несёт, осознав, что режиссёр подметил в нём то, что есть внутри Петра, то теперь Вы можете согласиться, что Андрей принял правильное решение. Но что делает образ Меншикова той самой ролью, которой, в свою очередь, должны другие завидовать?
— Прежде всего, я хочу сказать, что, во-первых, для меня это большая честь, потому что я считаю, что это не просто кино и проект, это кино-событие, потому что обращается к такому важному моменту в русской истории, это, как сказал Андрей Юрьевич, цитируя Гумилёва, создание одной корневой системы. Когда люди, которые участвовали в этих событиях, вышли из них единым целым. Они вышли уже с другим сознанием. Рождение империи — это не рождение геополитическое, это психологическое событие для каждого человека. И в этом смысле мы, когда приходим вместе смотреть это в кинотеатр, мы соучаствуем в этом событии вместе с группой, вспоминаем про это сознание, которое формировалось ещё тогда и которое до сих пор эволюционирует. Меншиков у нас как верная собака, которая может укусить. И он в этом смысле весёлый. В этом юморе была его визитная карточка с одной стороны. А с другой стороны, это было его спасение. Зачастую он мог хорошо проанализировать настроение Петра, от которого очень много зависело. И таким образом, исходя из его настроения он и поступал. И это был его большой талант, и от этого зависело его выживание. С другой стороны, это был человек достаточно широкой палитры способностей: от продажи пирожков до строительства городов, вместе с Петром он и воевал, и так далее. В этом смысле, мне кажется, задача играть Меншикова чуть проще, чем играть Петра, потому что о нём меньше известных фактов и исторического груза. Поэтому в этом смысле Петра играть сложнее, мне кажется, чем Меншикова, потому что, когда нет так множества известных легенд и анекдотов, нет и такого количества предрассудков, с которыми надо бороться, когда ты играешь определённую роль.
Андрей Кравчук, режиссёр-постановщик фильма «Рождение империи»:
— Про Милоша просто добавить, что у него потрясающее чувство юмора. И если про Меншикова говорить, то помимо того, что Милош уже сказал, это всё равно был человек, который был Петру настоящим другом. Вот это было для меня важно передать, что это не просто верная собака, а это друг. Это близкий человек, который ради него готов и жизнью пожертвовать. Но при этом, конечно, что-то к рукам прилипает, там ничего не пропускает, потому что трудное детство, это надо понимать. И надо как-то свою жизнь обустраивать, но храбрый, действительно весёлый и, наверное, это тот человек, на кого Пётр мог положиться. И мне кажется, что вот они вдвоём, Саша и Милош, как-то дополняли друг друга. Получились такие хорошие друзья, с чувством юмора, с тонкими отношениями. Мне очень жалко, что один эпизод не вошёл в финальный монтаж, когда ночью, перед битвой Меншиков пришёл к Петру, и ему хотелось с кем-то выпить. Он придумал причину проговорить про стратегию. И он такой был трогательный, смешной, хороший, когда они сидели ночью и говорили про Петербург, про белые ночи, пытались шутить, а на самом деле понимали, что завтра решается не только их судьба, а судьба всей страны. Но, к сожалению, не всё может войти в картину. Было очень много нюансов и мелких отношений, которые между собой они даже предлагали, придумывали. И это очень ценно и богато. И благодарен судьбе, что работал с такими блестящими артистами и с Ксюшей. Это всё была для меня большая радость.
— Вопрос по поводу музыки. Почему произведение Генделя было выбрано в качестве основной темы и как вообще создавались мелодии в фильме? Потому что они очень хорошо подчёркивают и объединяют эту атмосферу
— Гендель возник как-то интуитивно. Это одно из моих любимых произведений. И когда мы монтировали небольшой ролик для Фонда Кино из того материала, в котором ещё не было ни компьютерной графики, ничего, я решил собрать сцену, когда русская армия выходит и строится перед Полтавской битвой. И когда мы её складывали, мне показалось, что в Сарабанде Генделя есть какое-то торжество и ощущение, с одной, вроде бы танца, а с другой стороны, какое-то очень пронзительное чувство движения людей, которые движутся, можно сказать, в вечность. А композитор, с кем я работаю уже на нескольких картинах, Кузьма Бодров — мне кажется, что это очень большой, не побоюсь этого слова, композитор в нашей стране. Ему афоризм принадлежит, который мне очень нравится. Он мне сказал: «Когда слушаешь Генделя, то хочется жить. А когда слушаешь Баха, то не страшно умереть». И Кузьма написал потрясающую музыку, на мой взгляд, в ней есть темы, которые находятся в русле Генделя, а есть какая-то бешеная энергия, почти современная, с ударными, с барабанами, с какой-то клокочущей энергией. Есть что-то очень нежное про любовь. Мы с Кузей обсуждали все эти вещи, когда Пётр увидел Марту, когда она такая трепетная, буквально две-три ноты фортепиано, где ничего нет лишнего. И музыка была очень важна для этой картины. Кузьма мне сказал, что он ни для одного фильма не писал так много музыки. И вот сейчас мне кажется, что музыка очень помогает. Там же не только Генгель, там и Чайковский есть. Но остальное всё написал Кузьма. А Гендель после этого монтажа стал темой Победы, темой торжества. В нём нет пафоса, но есть какая-то красивая энергия, когда люди выходят и, зажмурившись, шагают в пропасть вниз в надежде. Это как прыжок веры и надежды, что там будет или мост, или они не упадут и полетят.
— Само название фильма говорит о том, что картина не только о человеке, но и о государстве, о рождении империи. И хотелось бы спросить, почему вас привлекла именно Петровская эпоха и чему она может научить нас сегодня? Какие выводы вы предложили бы сделать зрителю из этой истории?
— Петровская эпоха меня привлекает, на самом деле, достаточно давно. Я из Петербурга, родился в Ленинграде, и в этом городе очень многое связано с именем Петра: от «Медного всадника» Пушкина, Петропавловской крепости, все эти здания, кунсткамеры, куда во времена Петра вместо того, чтобы человек-посетитель платил деньги, ему наливали рюмку водки, лишь бы он пришёл. Огромная радость для художника — работать с таким сложным, неоднозначным, но яростным персонажем. И время потрясающее. И ещё, когда мы начали работать и чем дальше мы работали, то возникало чувство, оно было приятное или неприятное, но фильм становился невероятно актуальным. Ну, прямо до мелочей. Как человек, который занимается искусством, я не предлагаю зрителю делать выводы, а скорее ставлю вопросы и пытаюсь вызвать какие-то эмоции. Я думаю, что эти выводы должны родиться в душе каждого человека. Всё, что могли сделать — это сказать, наверное, про это время, про эту эпоху и про этих людей, опираясь на их прожитые жизни, на то, что им удалось сделать, на их ошибки, на те же жертвы, которые они принесли и принесла страна, все выводы уже должен делать сам человек, сам зритель. И если вам фильм нравится и вызывает эмоции, то, наверное, какие-то чувства оформятся, необязательно в какой-то афоризм или красивую цитату, но я думаю, что эмоционально хотелось бы, чтобы фильм поддерживал и давал надежду.
— Вопрос актёрам и режиссёру: согласны ли вы с цитатой: «История собственно не существует? Существует лишь биография». В центре вашего фильма не столько события, сколько люди.
Александр Горбатов, исполнитель роли Петра Первого в фильме «Рождение империи»:
— Я соглашусь с Генрихом Гейне. Но ещё и соглашусь с тем, что история — мать всех наук. Мне кажется, так будет вернее. Вот. Но поймите, это такой необъятный пирог. И всегда найдутся люди, которые посмотрят на него со своей точки, со своего угла. И повествования те или иные будут, скажем так
— А что-то в биографии Петра стало лично для вас таким триггером, основополагающим при рождении этой роли?
— Я не могу так просто ответить на это вопрос, поймите меня правильно, всё-таки когда вяжется такой вот могучий свитер, да? Он всё-таки представляет собой что-то внутреннее. Это богатство внутри. И режиссёр, и партнёры, и сценарий — это всегда штаны. Когда мы обращаемся к каким-то историческим событиям, мы берём из них самое важное, и не всегда это будет та или иная вода. Мы выхватываем ту точку, которую считаем самой важной, которая откликается в нас. Это интуитивно иногда происходит. Иногда ты пытаешься докопаться до сути, но в конце окажется, что это только песок. Поэтому приходится идти и искать вот эту тропинку — это очень важно. И важно, чтобы люди, которые были рядом с тобой, давали тебе эту возможность, этот воздух. И мне посчастливилось. Я пытливый человек, но всего не расскажешь, это будет долго. Мы не для этого здесь собрались. В конце концов, это наши какие-то перипетии. Мы даже где-то спорили, потому что иногда говорили с Андреем об одном и том же, но под разными углами. Спорили для расслабления тогда. Конечно. Лучше бы выпустить пар. Ну, если бы вы знали, как иногда даже пальцы на ногах в дульки сворачивались от напряжения. Но всё равно мы, скажем так, мы трудились, мы пахали для того, чтобы как-то найти общий язык, найти общую тему. Не в том плане, что у нас что-то не получалось. Вот, а в том плане, что мы занимались общим делом, у нас была идея и цель. Это самое важное, и то, что сейчас сказал Милош. Именно это объединяет. От себя могу добавить только одно, что этот день очень волнителен. А эта роль — это вызов. И я рад, что сегодня могу разделить сей вечер с вами. И мы немножко находимся в неравном положении. Почему? Потому что я ещё не видел картины целиком, а только определённые части, которые мне были дозволены к показу. И поэтому я в предвкушении премьеры, и не всегда могу полноценно ответить вам. Я до сих пор не знаю, как всё смонтировано. А вы знаете, как это горько и иногда очень даже щемит, когда вот какие-то моменты, которые как тебе, как артисту, кажется, что они имеют право быть. Вот, например, я только сейчас узнал, что эта сцена наша не вошла в фильм.
Милош Бикович, исполнитель роли Александра Меншикова в фильме «Рождение империи»:
— Вот видишь, какая штука? А я знал о ней раньше. Мне сказали, что просто там со звуком всё хорошо, не надо озвучивать. Поэтому не показали.
— Вопросы Милошу. В фильме есть сцена, где ваш герой стоит на руках кверху ногами. Насколько это для вас было сложно? И были ли для вас ещё какие-то сложные сцены? И второй вопрос: вы играете лучшего друга Петра Первого? Есть ли в вашей жизни настоящий друг?
— Есть, но не царь. Поскромнее. Друг с детства. Есть у меня несколько близких друзей, сложно кого-то из ни поставить на трон. Но есть такой друг. Мы долго дружим, ещё с детства. Что касается первого вопроса, то стоять на рука было сложно. Много тренировался. И вообще, было достаточно много сложных моментов. Для меня вообще сложно дружить с конём. А тут я как минимум 20 дней провёл на коне, причём должен сказать, что, например, Александр, родился на коне. Для него — это часть культуры. Он человек, который очень-очень хорошо скачет на коне, и мне приходилось постоянно быть рядом, поэтому мне давали всегда коня, который соревнуется с его конём. Я спрашиваю: «Ребята, вы хотите как-то проучить меня этим?». «Нет». «Тогда вы просто будьте всегда рядом». И когда он куда-либо ехал, часто были вот такие ситуации, когда мне просто надо было всегда начеку. Я не так хорошо катаюсь, но этого в фильме, слава Богу, не видно. Мы всегда брали те дубли, которые получались, как вы видите. Вот. Но есть и дубли, которые не получались. Плюс у меня ещё и аллергия дикая на лошадей. Я с утра закидывался таблетками, потому что у меня там всё начиналось чесаться: и усы чешутся, и парик, и жарко, и конь нервный, поэтому очень много сложностей было. И если бы я сейчас про их говорил, то мой ответ не закончился бы никогда.
— Для вас было важнее показать всё-таки нашу Победу, победу Российской Империи или цену, которой она досталась? Это первая часть вопроса. И что для вас будет главным показателем успеха? Всё-таки кассовые сборы, насколько они важны, зрительское восприятие, отклики или долгосрочная жизнь этой картины?
Андрей Кравчук, режиссёр-постановщик фильма «Рождение империи»:
— Наверное, победа без жертв не бывает. Я бы для себя не проводил. Внутренне у меня не было такого разделения или одно, или второе, потому что для меня было важно показать, какой ценой даётся победа. И это было важно, потому что те жертвы, которые Пётр принёс ради того, чтобы победить и двинуться дальше, было, конечно же, очень важно. Очень хочется, чтобы фильм зрителям понравился, чтобы фильм увидело, как можно большее количество людей. Для меня, наверное, это является главным критерием, потому что уже всё остальное, наверное, это и бокс-офис и так далее, будет зависеть именно от этого.
Есть вещи, которые определяют, пойдут люди в кино или не пойдут, насколько будут хорошие отзывы, насколько будет «сарафан», уже от этого будет зависеть. Но самое главное, чтобы люди на фильме не оставались равнодушными, чтобы их это трогало, чтобы их это волновало, чтобы вызывало эмоции. Ну, и хотелось бы, чтобы было и чувство гордости и за людей, которые есть в нашей истории, и за нашу историю. Как у Пушкина, по-моему, есть хорошая есть фраза, что уважение к минувшему — та черта, которая определяет образованность от дикости.
— Вопрос Ксении. Когда актёр идёт на пробы, безусловно, это волнение, особенно когда роль в таком грандиозном фильме. Наверняка вы были в конкуренции, и были другие кандидаты. Вам же после проб сразу же не сказали: «Мы вас утверждаем». Через сколько дней это произошло?
Ксения Утехина, исполнительница роли Марты Скавронской в фильме «Рождение империи»:
— Я хорошо помню тот день, когда мне позвонили и сказали, что меня утвердили. Это было примерно через полгода после проб.
— Вы, наверное, уже успели поволноваться, сильно поволноваться, дико поволноваться, потом отволновались, забыли, и тут бац, вам звонят. Так?
— Я не волнуюсь. Я стараюсь забыть, чтобы не волноваться.
— Когда актёр идёт на пробу, он какую-то ставит перед собой задачу, какое-то придумывает своё прочтение роли. Как вам кажется, что в той задаче, что вы себе поставили, помогло вам эти пробы выиграть? И что вы хотели забыть, думая, что это может помешать?
— Что мне помогло, я скажу вам. Александр! Когда мы впервые встретились на пробах, я настолько потерянной себя не чувствовала никогда. Потому что Александр, как Пётр Первый, своей энергетикой просто сносил, ну вот он делал шаг, а меня в стену вжимало. И это, в принципе, наверное, сыграло ту самую роль, которую играла Марта в жизни Петра, возможно. Которая старалась, как мягкая стенка, его поток энергии сгладить. Поэтому я старалась двигаться за своим партнёром, слышать его, слушать, потому что я помню, как Саша предлагал всевозможные решения сцен. И Андрей Юрьевич нас направлял. И я хорошо помню, что я вышла с проб и была уверена, что это был полнейший провал. А спустя полгода, когда я ехала в театр, раздался звонок. Я помню, что остановилась и не поверила, когда мне сказали, что я утверждена.
— И что вы сделали, когда услышали эту новость? Какой была первая реакция?
— Это было такое необъяснимое чувство, когда тебе хочется закричать о том, насколько ты счастлив, да? Когда вот так сжимает дыхание, распирает сердце, внутри распирает энергией, ты хочешь позвонить, рассказать всем. И я научилась этого не делать.И нужно прожить этот момент, чтобы эта аккумулирующая энергия внутри сохранилась. Ты её вдыхаешь и вот так пропускаешь для того, чтобы она потекла в нужное русло.
— А что именно создавало эту эмоцию? Это счастье, что у вас теперь есть такая строчка в фильмографии, и после этой строчки вы входите в то, что называется элит-каст и теперь будут другие гонорары? Или, может быть, это слава. Или это такая дикая интересная роль, или это приключение, от которого вообще неизвестно чего ждать? Что именно делало эту эмоцию вам?
— Ну, точно не цинизм, не гонорар и не слава. А в первую очередь, это сам проект, это ответственность перед этой ролью и героиней, которую мне подарил Андрей Юрьевич. И масштаб этого фильма, потому что я надеюсь и верю, что мне будут поступать предложения с таким масштабом, но получить такую роль и такой проект в столь юном возрасте — это счастье.
— Вопрос к Андрею: насколько ИИ был задействован в этом проекте? Немножко в другую степень я перескочу, потому что четыре года назад не настолько он использовался в кинематографии. Насколько сейчас помогал ИИ: в препродакшне, в самой продакшне или постпродакшне?
Андрей Кравчук, режиссёр-постановщик фильма «Рождение империи»:
— Если честно, то пока нет. Мы называем это громко ещё пока — искусственный интеллект. Наверное, в том понимании, в котором вкладывается понятие «искусственный интеллект», когда есть рефлексия и всё остальное, и программа может сама себе ставить уже задачу, я думаю, что пока, наверное, это не так развито, это нейросети. И во время подготовки, мы, наверное, иногда с оператором генерировали какие-то картинки, когда искали решения. То есть мы долго обсуждали один кадр, и я говорил, что я хочу по настроению определённые эмоции, но не удавалось найти точного решения. И мы тогда взяли и просто стали задавать задачу и нагенерировали там штук пятьдесят картинок разных. И среди них была одна картинка, это не было, ну что ли, кадром из фильма, но вдруг в ней были какие-то две составляющие, которые натолкнули на мысль. Но в профессиональном плане нейросети почти не использовались. То есть мы работали по старинке, и компьютерная графика, процесс управляемый. Пока ещё, мне кажется, создаётся софт, который бы позволил нейросети использовать в кинематографе. Если кто-то сталкивался с этим, то, когда ты генерируешь изображение или видео, оно редко когда получается то, которое тебе нужно. А если ты пытаешься его исправить, она делает совсем другое изображение. То есть она делает его целиком заново. И этот процесс не очень управляемый. И ещё он пока, наверное, на большом экране заметен. В чистом виде использовать его нельзя. То, что хорошо смотрится на экране телефона, оно совсем другое впечатление производит, когда растянуто на огромный экран. Там какие-то мелочи проявляются внутри слоёв.
А вот что касается компьютерной графики, то её у нас достаточно много. И ребята, которые работали в CJ, они что-то, наверное, использовали. Но в основном это всё-таки была классическая технология. Она заняла около года. То есть мы в августе прошлого года закончили монтаж и начали работу над компьютерной графикой. И ещё буквально две недели назад мы там какие-то мелкие правки вносили. То есть это больше года, очень сложные работы. А пока, наверное, мне кажется, что артистов не удастся подменить. То есть это есть, я видел фильмы, которые генерируются с помощью нейросетей, там есть в Казахстане студия, которая делает полнометражные фильмы, делают ролики. И на телефоне смотришь, когда всё мелькает, то вроде бы ничего, а потом ты всё равно замечаешь, что это всё-таки не люди. Есть такая психологическая теория, очень красивая, и она действительно соответствует действительности. У человека на лице большое количество мышц, но человеческому сознанию не надо это всё улавливать, потому что по сохранению энергии и экономии своих средств, она как бы делает их практически невидимыми для глаза. Кажется, что лицо неподвижно. На самом деле оно подвижно, но в сознании тебе не надо каждый раз его менять. Мозг, создавая картину мира, не делает каждую секунду новое изображение. Он зафиксировал, и всё нормально. Что-то изменилось серьёзно, он тогда это фиксирует. Но если этих изменений в лице нет, то у тебя в сознании начинает выть сирена, мигает красная лампочка, и она тебе говорит, что перед тобой монстр. Что это не человек, и тебя обманывают. Такая компьютерная графика уже существует очень давно, с её помощью пытаются и омолаживать людей. У меня был опыт, когда мы в фильме «Адмирал» пытались из Лизы Боярской с помощью компьютерной графики сделать её в возрасте. И мы каждый раз упирались, натыкались именно на это. Ну, вроде бы всё похоже, вроде бы человек, а не человек. Потому что нету какой-то тайны, той самой вещи, которая есть в глазах.
А то, что касается городов, окружения, реквизита, я думаю, что скоро, наверное, всё это будет. Я знаю, что сейчас одна Американская студия одна вложила огромные деньги, то ли в Open It, то ли в этот Antropic для того, чтобы создавали софт. Он должен всё равно быть профессиональный. Пока людей втягивают в это, они делают это для того, чтобы извлекать из этого деньги. Ты можешь быстренько сгенерировать, оживить фотографию, поменять себя, сделать себя более красивым. Сгенерировать какое-то изображение, и ой, боже мой, как это здорово! И потихоньку ты в это втягиваешься. Ты начинаешь покупать подписку, в подписке тебе не хватает токенов, ты увеличиваешь подписку, если хочешь что-то сделать. Понятно, что это очень удобно для каких-то рутинных задач, и уже, я думаю, многие, кто с этим столкнулся, не будут просто лазить в Google и смотреть огромное количество сайтов и в каждый сайт залезать. Они, скорее всего, уже будут использовать нейросеть для того, чтобы получить ответ на свой вопрос. Но в кино это процесс неминуемый, всё равно уже будет. Вон там неделю назад Илон Маск летающую машину показал. И понятно, что тот прогресс и те темпы, с которыми это всё развивается, войдёт в нашу жизнь. Он уже входит, он уже здесь. Мы уже просто живём во всём этом. Но для кино пока ещё требуется развитие.
Милош Бикович, исполнитель роли Александра Меншикова в фильме «Рождение империи»:
— Могу немного добавить по этому поводу. Недавно вышел фильм Netflix, Бен Аффлек его сделал, он режиссёр. Он продал свою компанию, которая занимается именно производством, и это называется гибридное производство, где вы не понимаете, где грань между традиционной обычной съёмкой и искусственный интеллект. И в этом смысле он продал свою компанию за $576 млн. Ну, это сумасшедшая цифра. И сделал вот это кино, в котором трудно сказать, где они ИИ использовали. И вот мне кажется, скорое будущее будет в том, что мы будем снимать кино нормальное, а будем на каких-то кадрах экономить. И вот экономия произойдёт в том смысле, что мы не будем всю группу туда куда-то уводить, а попробуем это где-то на студии снять и сделать второй-третий план.
— У меня будет вопрос вдогонку именно к артистам. Если представить себе сейчас нейросеть, почему-то мне в образе этой нейросети видится Карл, вот нейросеть Карл говорит вам: «Э-э, Александр, ты давай копи деньги, потому что скоро ты останешься без работы. Я тебя отменяю скоро». Что бы вы ему все сегодня ответили?
Александр Горбатов, исполнитель роли Петра Первого в фильме «Рождение империи»:
— Это всё умозрительно, потому что, во-первых, это всё свелось сейчас к маркетингу и к прогрессу. В Советском Союзе была песня про прогресс. В конце концов я никогда не перестану удивляться, когда буду видеть или воочию, или где-то по телевидению, или на киноэкране человека. Такого же, как и я. Ну, может, он чем-то другим обладает, быстрее, смелее или храбрее, или ещё что-то, резче, ну, или другие у него какие-то качества, умнее. Но он человек такой же, как и я. И когда он делает что-то, что не могу я или не могут другие, а такие люди есть в разных сферах, не только в спорте, не только в науке, не только в искусстве, то меня всегда это восхищает. И знаете, почему? Потому что я понимаю, что он такой же, как и я. И я рад за него. Когда я вижу эту вуаль, какую-то этикетку, полную пустоты, не могу там ничего найти. Поэтому мне будет всегда интересно смотреть в то прекрасное прошлое, где я видел могучих людей, которые прожили нелёгкий путь, иногда они и ярко горели. Но они такие же, как и я. Когда я их вижу, этих метров на экране, я вижу этот поток сознания. Я вижу преодоление рождения. Когда я смотрю на Павлова Луспекаева, я вижу 16 лет обороны Москвы. Я вижу человека, который никогда не ныл, что у него отморожены ноги и многих-многих других людей, которыми я восхищаюсь сейчас. Имею в виду ту тайную комнату, которая отмерена нам, потому что все люди, которые посвятили себя кинематографу, а я, мне кажется, могу сейчас сказать такое про себя, у них есть эта дверь в «Нарнию». И они от этого счастливы. Почему? Потому что обыденная жизнь полна тех или иных событий, тех или иных взаимоотношений, бытовухи. …ещё чего-то. Но вот там, в кинематографе, мы начинаем жить. Там начинаются наши приключения. Оно не всегда идёт гладко, оно не всегда идёт честно. Но впереди всегда идёт общая цель — идея дела. И вот тогда мы понимаем, что объединены этим, и нас это движет. Это очень важно сегодня, в день этой премьеры, потому что это тоже должно объединить, должно нас куда-то двигать. Как это двигало мечтателя одного и второго? Как этот человек объединял вокруг себя. Я хочу видеть людей. Я хочу видеть поступки могучих людей. Я хочу восхищаться и расти, и чтобы будущее поколение имело правильный ориентир. Что такое правильно? У каждого оно своё.Не будем вдаваться в детали.
Милош Бикович, исполнитель роли Александра Меншикова в фильме «Рождение империи»:
— Мне просто кажется, что событие, которое произойдёт скоро, это появится какой-то невероятный мальчик или девушка, именно ребёнок, который всех удивит, как Натали Портман в фильме «Леон – профессионал». И все будут думать: «Это будет легенда». Что он мальчик, трудный подросток, трудное детство и так далее, и так далее. И окажется через какое-то время, что нас обманули, что это был ИИ. Но что это было, это был созданный персонаж. Мне кажется, такое событие через год-два-три-пять, оно точно произойдёт. И тогда, мне кажется, что эта граница будет стёрта, где и ИИ, и где актёр. Вот пока с тем, что и Андрей, и Александр сказали, я полностью согласен. Пока это так. Ну вот через пару лет посмотрим. Мы сейчас зашли абсолютно на другую тему, но её трудно обойти. Он заходит в конце этого года в программу, где он сам себя будет репрограммировать, анализировать улучшать. И это будет происходить бесконечно и будет ускоряться. Что люди не будут задействованы в этом процессе, кроме как наблюдатели или контролёры. И в этом смысле он будет настолько быстро прогрессировать, что то, что нам сейчас кажется, что мы привыкли предугадывать, через год-два-три-пять, что что-то будет, то все эти прогнозы…
— То есть вы откладываете деньги на актёрский чёрный день? Давно?
— Я как начал заниматься актёрской профессией, так и стал откладывать.
Ксения Утехина, исполнительница роли Марты Сковронской в фильме «Рождение империи»:
— Я быстро отвечу. Так как я являюсь ещё артистом театра Табакова, Владимир Львович Машков, мой художественный руководитель, всегда говорит о том, что артиста на сцене точно не заменит ИИ.
— Мы заговорили про будущее поколение, про искусственный интеллект. Как вы считаете, чему молодое поколение может научиться и что может перенять у такой личности, как Пётр Первый? Что, по-вашему, зритель унесёт с собой после просмотра этой кинокартины?
Андрей Кравчук, режиссёр-постановщик фильма «Рождение империи»:
— Такой реакции, наверное, ожидать мне было бы трудно. Я могу сказать то, что мы старались закладывать. И если говорить про Петра и Меншикова, то Петру на то время было 30 с небольшим лет, когда случилась Полтавская битва, он выиграл. Меншиков с ним был одногодка. И это люди меняли страну и мир вокруг себя. И они знали, чего хотели. Пётр особенно знал, чего хотел. Меншиков ему помогал в этом. И то, что достаточно молодые люди взяли на себя ответственность, посвятили этому свою жизнь и практически добились своей цели – это главный пример. Очень многие люди, которые о чём-то мечтают, начинают делать и так далее, особенно, наверное, это крупные политики, им в лучшем случае удастся там …землю вспахать, посадить зёрна и увидеть, как чуть-чуть ростки начинают всходить. Пётр же уже жил в своём городе, он изменил эту страну.
И мне кажется, что вот эта вот энергия, если ты можешь мечтать, если у тебя есть талант, если у тебя есть дерзость, и ты идёшь к своей мечте, которая не лежит в сфере чего-то легко достижимого — например, богатство, какое-то благополучие. Ну, ты купил себе дом, и ещё. А что дальше? Когда мечта лежит где-то за горизонтом событий, и ты к ней двигаешься, то в этом движении ещё есть нравственное совершенствование. Всё равно оно где-то внутри тебя так или иначе происходит. Человек, я уверен, существо нравственное, и вот как это один священник хорошо сказал, что цель каждого мужчины привести хотя бы одного ребёнка к Богу. Здесь мы говорим про тех людей, которые поставили цели и к ним шли. И эти цели были далеко. Они жертвовали, но они умели любить, умели творить, умели приносить в жертву и себя тоже в том числе. И мне кажется, что это для меня была очень важная мысль и очень важная энергия, которой хотелось поделиться. Поделиться внутренней яростью этих людей, и верой в то, что они делают, этим благом. И на самом деле они хотели улучшить и сделать великой свою страну, Пётр называл Петербург — мой Парадиз. Он об этом мечтал. Он хотел построить такой вот рай на Земле.
Понятно, что он сам был ещё и из достаточно дикого времени. Понятно, что он был очень непростой и достаточно сложный человек. Но он пытался построить рай. Оно, конечно же, получалось, как не всегда. Да, или, как всегда, получалось. Но вот это стремление, оно меня поражало, и мне хотелось, чтобы люди, которые придут в кино, и молодые люди почувствовали, что ты можешь всё. Если у тебя есть способности, дар, талант, стремление, то мечтай и мечтай о чём-то большем. И двигайся туда. За горизонтом событий, и ты будешь развиваться, ты будешь расти не в сантиметрах, а духовно и нравственно. И тогда, наверное, тот вопрос, который всё равно стоит перед каждым из нас или неминуемо возникнет: зачем мы живём, кто мы такие, что я тут делаю, на него будет легче дать ответ. И не будет бессмысленность тебе улыбаться из жизни, а наоборот, ты будешь чувствовать, что живёшь не зря.
Текст: Наталья Бухарева.
Фото: Олег Бухарев.
